Неточные совпадения
— Почтеннейший! — сказал Чичиков, — не только по сорока копеек, по пятисот рублей заплатил бы! с удовольствием заплатил бы, потому что вижу — почтенный, добрый старик терпит по
причине собственного добродушия.
Он Софье Семеновне и
причины все объяснял; но та и ушам своим сначала не поверила, да глазам, наконец, поверила, своим
собственным глазам.
— Он ограбил, вот и вся
причина. Он взял деньги и вещи. Правда, он, по
собственному своему сознанию, не воспользовался ни деньгами, ни вещами, а снес их куда-то под камень, где они и теперь лежат. Но это потому, что он не посмел воспользоваться.
Правдин. Несчастиям людским, конечно,
причиною собственное их развращение; но способы сделать людей добрыми…
Итак, усматривая, что всякое сотворенное естество, сколько зависит от заключающихся в нем
причин, есть нечто текучее и разрушающееся, на тот конец, чтобы вселенная не подверглась разрушению и не разрешилась опять в небытие, все сотворив вечным Словом Своим и осуществив тварь, не попустил ей увлекаться и обуреваться
собственным своим естеством, отчего угрожала бы ей опасность снова прийти в небытие, но как благий управляет вселенною и поддерживает ее в бытии Словом же Своим… чтобы тварь… могла твердо стоять в бытии… и не подверглась бы тому, чему могла бы подвергнуться (т. е. небытию)» (Творения, ч. I, стр.181–182.
И хотя бы естественно стихии сии, по
причине вложенных в них противоположных качеств, далеко отвлекло одну от другой, удерживая каждую из них от смешения с противоположною, тем не менее душа будет при каждой стихии, познавательной силой касаясь и держась свойственного ей, пока не произойдет опять стечения разъединенных стихий в одну совокупность для восстановления разложившегося, что в
собственном смысле есть воскресение и им именуется»…
Космическое природное в евреях, что они имели общим с другими народами, стало оболочкой будущего сверхприродного…» «Израильтяне сравнительно с другими народами были всего менее способны иметь свою
собственную историю, менее всего исполнены того мирового духа, который увлекал другие нации к основанию великих монархий; они неспособны приобрести себе великое, всегда пребывающее имя во всемирной истории, но именно по этой
причине и были наиболее приспособлены стать носителями божественной (der göttlichen) истории (в противоположность всемирной)» (ib., 148–149).
Хотя в то же время она есть
причина всего, и все существует от нее и ради нее, и сама она, существуя раньше всего и просто и неограниченно (απλώς και απεριορίστως), преднаметила в себе все, она должна именоваться во всем (εκ πάντων), однако не в
собственном смысле» (κυρίως) [Gregorii Palamae dialogue qui inscribitur Theophanes Sive de divinitatis et rerum divinarum communicabilitate et incommunicabilitate.
— Мне объявлен приказ ехать через три дня. Так как я знаю, что министр у вас имеет право высылать, не говоря
причины и не делая следствия, то я и не стану ни спрашивать, почему меня высылают, ни защищаться; но у меня есть, сверх
собственного дома…
Я, разумеется, поражен: «Как так, каким образом наша миска у хозяйки осталась?» Удивленный Никифор продолжает рапортовать, что хозяйка, когда мы съезжали, нашей миски ему не отдала по той
причине, что так как я ее
собственный горшок разбил, то она за свой горшок нашу миску удерживает, и что будто бы я ей это сам таким образом предложил.
У него даже мелькнула мысль: «Нельзя ли что-нибудь сделать из этого человека чьим-нибудь хорошим влиянием?»
Собственное свое влияние он считал по некоторым
причинам весьма негодным, — не из самоумаления, а по некоторому особому взгляду на вещи.
—
Причин достаточно, а главная — та, что из него вышло совсем не то, что я предполагал. Впрочем, это часто случается, что мы в людях не любим именно свои
собственные ошибки. А почему тебя это интересует?
Эти строгие теоретические рассуждения разлетались прахом при ближайшем знакомстве с делом. Конечно, и пшеничники виноваты, а с другой стороны, выдвигалась масса таких
причин, которые уже не зависели от пшеничников. Первое дело, своя
собственная темнота одолевала, тот душевный глад, о котором говорит писание. Пришли волки в овечьей шкуре и воспользовались мглой… По закону разорили целый край. И как все просто: комар носу не подточит.
Эта другая
причина та, что я был как бы обязательныйсотрудник
собственного журнала по беллетристике.
Он самый процесс
собственного существования выносил только потому, что не понимал ни
причин, ни последствий своих и чужих поступков.
Догадавшись, что сглупил свыше меры, — рассвирепел до ярости и закричал, что «не позволит отвергать бога»; что он разгонит ее «беспардонный салон без веры»; что градоначальник даже обязан верить в бога, «а стало быть, и жена его»; что молодых людей он не потерпит; что «вам, вам, сударыня, следовало бы из
собственного достоинства позаботиться о муже и стоять за его ум, даже если б он был и с плохими способностями (а я вовсе не с плохими способностями!), а между тем вы-то и есть
причина, что все меня здесь презирают, вы-то их всех и настроили!..» Он кричал, что женский вопрос уничтожит, что душок этот выкурит, что нелепый праздник по подписке для гувернанток (черт их дери!) он завтра же запретит и разгонит; что первую встретившуюся гувернантку он завтра же утром выгонит из губернии «с казаком-с!».
Живоглотом он прозван по той
причине, что, будучи еще в детстве и обуреваемый голодом, которого требованиям не всегда мог удовлетворить его родитель, находившийся при земском суде сторожем, нередко блуждал по берегу реки и вылавливал в ней мелкую рыбешку, которую и проглатывал живьем, твердо надеясь на помощь божию и на чрезвычайную крепость своего желудка, в котором, по
собственному его сознанию, камни жерновые всякий злак в один момент перемалывали.
Это был художник, каких мало, одно из тех чуд, которых извергает из непочатого лона своего только одна Русь, художник-самоучка, отыскавший сам в душе своей, без учителей и школы, правила и законы, увлеченный только одною жаждою усовершенствованья и шедший, по
причинам, может быть, неизвестным ему самому, одною только указанною из души дорогою; одно из тех самородных чуд, которых часто современники честят обидным словом «невежи» и которые не охлаждаются от охулений и
собственных неудач, получают только новые рвенья и силы и уже далеко в душе своей уходят от тех произведений, за которые получили титло невежи.
Быть довольным провидением (хотя бы оно предназначило нам сейчас в нашей земной жизни самый трудный путь) в высшей степени важно и для того, чтобы не терять среди тягостной жизни мужества, и, главное, для того, чтобы, не сваливая вину на судьбу, не упускать из виду нашей
собственной вины, которая и есть единственная
причина всех зол.
Врачи, насколько помню, дали приблизительно такое заключение: a) смерть произошла от малокровия, которое последовало за значительной потерей крови; потеря крови объясняется присутствием на правой стороне груди зияющей раны; b) рану головы следует отнести к тяжким повреждениям, а рану груди к безусловно смертельным; последнюю следует признать за непосредственную
причину смерти; c) рана головы нанесена тупым орудием, а рана груди — режущим, и притом, вероятно, обоюдоострым; d) все вышеописанные повреждения не могли быть нанесены
собственною рукою умершей и e) покушения на оскорбление женской чести, вероятно, не было.
В это пребывание императрицы в Знаменском и произошло возвышение нового любимца, Ивана Ивановича Шувалова. Доказательством этого служило то, что он уговорил Разумовского уступить ему Знаменское, напоминавшее ему о начале его случая, а впоследствии подарил его сестре. Вряд ли Алексей Григорьевич уступил бы без особенных на то
причин имение, подаренное ему в 1742 году государыней из
собственных ее вотчин.
Затем критика разбирает, возможно ли и действительно ли такое лицо; нашедши же, что оно верно действительности, она переходит к своим
собственным соображениям о
причинах, породивших его, и т. д.
Пусть читатель положит руку на сердце и вспомнит, какое множество поступков в его
собственной жизни не имело решительно другой
причины.
Я постоянно имею с этим дело и давно предоставил моему фельдшеру свободное право — по его
собственной фантазии определять
причины смерти вскрываемых трупов, и знаю, что он все врет.
Приехали Чичаговы в гости к Багровым в Алкино, и, наконец, кое-как общими силами победили упрямство Софьи Николавны; самою сильною побудительною
причиною к согласию был пример Катерины Борисовны Чичаговой, которая, как истинный друг, пожертвовала
собственным предубеждением и стала ездить верхом сначала одна, а потом вместе с больною.
И если сила почитания загадочного бога все же не ослабевала, а даже усиливалась, то
причину этого теперь следует видеть в другом: за изменчивого в своих настроениях, страдающего от жизни бога жадно ухватилась душа человека, потому что бог этот отображал существо
собственной души человеческой — растерзанной, неустойчивой, неспособной на прочное счастье, не умеющей жить
собственными своими силами.
Он искренно возмущался до глубины души, и как человек бесхарактерный, искал
причины своих несчастий, как он называл свои
собственные ошибки, и остановился, как это делается всегда, на ближайшей — на Надежде Николаевне.
Павел Семенович испуганно косится на дверь. Не ровен час, войдет еще кто-нибудь. Узнают
причину… И ему не лестно. Кормит он, действительно, плохо воспитанниц… По дешевой цене скупает продукты, чтобы экономию собрать побольше, показать при расчете, как он умело, хорошо ведет дело… Местом дорожит… Семья у него… Дети… сынишка… Виноват он, правда, перед воспитанницами. Ради
собственной выгоды их не щадил… А эта девочка, дурочка, можно сказать, а его нехотя сейчас пристыдила…
Последовала размолвка, и дядя будто бы взял свое слово назад. Говорят также, будто злоязычный Петр Яковлевич Борисов раздул эту историю пред полковником Тулениновым, и тот, по неизвестным мне
причинам, застрелился в
собственном доме.
Причина появления двух приятелей обнаружилась вскоре после их ухода. На дворе, под навесом, недалеко от задних ворот, находилась клеть, или «летник». В этой клети сохранялись обыкновенно до первого снегу полушубки и вообще вся зимняя одежда. Заглянув туда случайно, тетушка Анна не нашла ни одного полушубка, даже своего
собственного: клеть была пустехонька.
По примеру наказанной француженки он вздумал высечь своего управителя, какого-то американского янки, и это было
причиною собственной погибели князя.
Несомненные чему признаки из нижеследующего явствуют: во-1-х, оный злокачественный дворянин начал выходить часто из своих покоев, чего прежде никогда, по
причине своей лености и гнусной тучности тела, не предпринимал; во-2-х, в людской его, примыкающей о самый забор, ограждающий мою
собственную, полученную мною от покойного родителя моего, блаженной памяти Ивана, Онисиева сына, Перерепенка, землю, ежедневно и в необычайной продолжительности горит свет, что уже явное есть к тому доказательство, ибо до сего, по скаредной его скупости, всегда не только сальная свеча, но даже каганец был потушаем.
Он лелеял эту мысль и уже стремился к этой цели. Ее смерть в настоящую минуту окружила бы ее в его
собственном сознании ореолом мученичества, а это и было бы главной
причиной мучительных угрызений совести.
Как рожденные от брака хотя и законного, но тайного, они не имели права на престолонаследие и по возрасте убеждены были добровольно отказаться от света и посвятить жизнь свою служению богу, дабы не сделаться орудием честолюбцев, которые могли бы употребить их имя и мнимые права для достижения
собственных своекорыстных целей, дабы не быть таким образом невольною
причиной весьма возможных в прошлом столетии политических замешательств.
И все то от самой пустейшей
причины, которой бы, кажется, и упоминать не стоит; именно от того, что человек, всегда и везде, кто бы он ни был, любил действовать так, как хотел, а вовсе не так, как повелевали ему разум и выгода; хотеть же можно и против
собственной выгоды, а иногда и положительно должно.
Согласилась пойти на компромисс с
собственной совестью и, скрыв от институтского начальства истинную
причину отъезда Милицы на каникулы, рискнула взять ее к себе и от себя уже отправить девушку в дальний путь, на её родину, в Белград.
Она уже года три жила без выезда в Петербурге, потому что, по ее
собственным словам, бывши до безумия страстною матерью, не могла расстаться с детьми; а другие толковали так, что гвардейский улан был тому
причиной.
Действительно, Волгин дня с четыре был в Холодне; но противясь, неизвестно по какой
причине,
собственному желанию увидать Катю и переехать на квартиру против Горлицына, о которой уж много ему говорили, искал себе, с необыкновенным упрямством, по разным частям города другого помещения.
Пружины в мебели Гаврилы Степаныча были действительно несколько беспокойны по
причине их неподатливости и тугости; но, не говоря уже о том, что во многих диванах и креслах пружин не было вовсе, всяк мог подложить под себя гарусную подушку, а подобных подушек, вышитых
собственными руками супруги Гаврилы Степаныча, лежало везде многое множество — и тогда уже ничего не оставалось желать.
И Султана ее также волнует, но уже по другой
причине. У нашей дикарки есть неприятная привычка: она совсем не признает чужой собственности. Так, съесть чужой завтрак, надеть чужие ботинки, прогуливаться в чужой кофточке, как будто это ее
собственная, — для Алыдашевой ровно ничего не стоит. И делает она это с такой откровенной детской простотою, что нет никакой возможности рассердиться на нее.
Мне пришлось за некоторыми объяснениями обратиться к самому Слава-богу, который принял меня очень вежливо, но, несмотря на самое искреннее желание быть мне полезным, ничего не мог мне объяснить по той простой
причине, что сам ровно ничего не знал; сам по себе Слава-богу был совсем пустой немец, по фамилии Муфель; он в своем фатерлянде пропал бы, вероятно, с голоду, а в России, в которую явился, по
собственному признанию, зная только одно русское слово «швин», в России этот нищий духом ухитрился ухватить большой кус, хотя и сделал это из-за какой-то широкой немецкой спины, женившись на какой-то дальней родственнице какого-то значительного немца.
И все это от самой пустейшей
причины, об которой бы, кажется, и упоминать не стоит: именно оттого, что человек, всегда и везде, кто бы он ни был, любил действовать так, как хотел, а вовсе не так, как повелевали ему разум и выгода; хотеть же можно и против
собственной выгоды, а иногда и положительно должно (это уж моя идея).
Он очень нуждался, как говорили, будто бы по
причине его какой-то отменной честности, за которую он, по его
собственным рассказам, имел «кучу врагов около государя».
Основываясь на таких данных, я подумал, что, управляя
собственным имением, имея такие сильные побудительные
причины заниматься хозяйством, при всей моей нелюбви к нему я наделаю чудеса.
— Эй, ты, свиное ухо! По какой
причине раскричался? Вопрос звучал деловито, как будто вопрошавший допускал возможность существования какой-либо «
причины», и даже название «свиное ухо» казалось просто необидным
собственным именем. Еврей смягчал экспрессию, понижал тон и издавал рулады, выражавшие очевидную готовность к компромиссу.
В образе Елены объясняется
причина этой тоски, необходимо поражающей всякого порядочного русского человека, как бы ни хороши были его
собственные обстоятельства.
По некоторым, достаточно важным
причинам выставленная кличка должна заменять
собственное имя моего героя — если только он годится куда-нибудь в герои.
— „А для того“, — отвечал Пизонский, — что „Неверка смеется!..“ И сею
причиною все объясняется для него; ради некоей Неверки дитя делает и
собственное утруждение, и неприятность воспитателю.
Нет, милостивые государи: так нельзя объяснить огромный, повсеместный успех «Юрия Милославского» и
собственное ваше сочувствие; не в одной живости и веселости рассказа, не в легкости языка надобно искать
причины его, а в том, что весь роман проникнут русским духом, народностью.
И так как господин Прохарчин в свое последнее время, то есть с самых тех пор, как стал жить в компании, тоже чрезвычайно как полюбил обо всем узнавать, расспрашивать и любопытствовать, что, вероятно, делал для каких-то
собственных тайных
причин, то сношения обеих враждебных сторон начинались без всяких предварительных приготовлений и без тщетных усилий, но как будто случаем и сами собою.